Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

Trotz allem

  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: читаю (список заголовков)
07:14 

Владимир Алексеевич Истархов - Лекция о правах человека

Я — структурный беспорядок.
О правах человека сегодня можно услышать много разговоров. Говорят о правах человека разные люди с разными целями: кто-то говорит, мало что в этом понимая, кто-то использует права человека как ширму для прикрытия своей нечистоплотной игры, кто-то говорит искренне и понимая суть идеи. Таких не много, но именно их, а не мнимых правозащитников я буду называть правозащитниками.

В данной лекции я не буду вдаваться в конкретику прав человека. Мы сейчас будем разбирать только саму концепцию прав человека, суть самой идеи. Что это такое? Откуда возникла эта концепция и для чего это нужно?

Идея прав человека возникла в результате огромного отрицательного человеческого опыта взаимодействия человека и государства.


Всё. Дальше можно не читать.
Причём жирным шрифтом - это не я выделила, это так в лекции и было, для пущей убедительности.

Я, разумеется, прочитала

Бердяев бы, наверное, вежливо сказал, что философская мысль Истархова свободна, но доказательная база настолько слаба, а умение выражать свои мысли настолько противно, что его невозможно читать (,

Истархов и ему подобные - это логические выверты и прочая болтология, поданная под видом срыва покровов. Если и читать, то только в качестве анекдота.

@музыка: Ольга Арефьева - Сторона от

@темы: читаю, Владимир Алексеевич Истархов

04:38 

Виктор Рафаэльевич Дольник - Этологические экскурсии по запретным садам гуманитариев

Я — структурный беспорядок.
аннотация

Этология - наука об инстинктивном (врождённом, имеющем в основе генетические программы) поведении животных. Этологи научились распознавать эти программы и прослеживать их преобразования в эволюции. Этологи узнают общую генетическую основу внешне не очень сходных форм поведения животных, подобно тому как сравнительные анатомы находят общее между передней конечностью любого позвоночного животного - плавником рыбы, крылом птицы, рукой человека.

Этологи знают, что для достижения одной и той же цели у животного имеется не одна программа, а целый набор разных вариантов, многие из которых возникли в разное время. Программы поведения создаются естественным отбором так же медленно и постепенно, как генетические программы морфологических признаков, и отмирают столь же медленно. Об этом забывают даже некоторые биологи: нам почему-то кажется, что поведение - это нечто эфемерное. Ставшие ненужными программы могут и не исчезать, а храниться в качестве рудиментов и атавизмов, но при случае дают о себе знать. Каждый из нас может вызвать с задворок генетической памяти программу шевеления ушами (она не нужна миллионы лет), только одному для этого придётся основательно потрудиться, а у другого уши зашевелятся по первому требованию.


В основном книга об агрессивности (или её отсутствии) и иерархии (или её отсутствии), попутно касается моральных установок, свободы (весёлый наезд на гуманитарную мысль), ксенофобии и - я, как атеист, посмеялась - обосновывает религиозность (впрочем, это очень тактичный автор, который дополняет, что тема религиозности и её причин намного глубже и он не намерен обсуждать её в этом эссе) (а жаль).

Рекомендована к обязательному прочтению для всех, кто не читал ничего по этологии (. Потому что написано интересно и понятно, к тому же коротко. То есть после прочтения можно решить для себя, насколько вообще тебе интересна этология. Как говорит автор, главная задача эссе - доставить читателю от знакомства с этологией (=

Признать неизбежность генетических программ для человека - ещё не значит оправдать каждую из них и уж тем более утверждать, что они необходимы. Эти программы отбирались для дикого стада приматов, а не для цивилизованных людей. Как раз наоборот, зная, чем обоснованы некоторые наши желания, мы обязаны их контролировать, направлять по оптимальному пути. Например, _взаимовыгодный_ обмен - позднее достижение разума, борящегося с мошеннической инстинктивной программой. Человек изначально - подлое и аморальное существо. Демократия - продукт разума, продуманная система коллективного воспрепятствия образования иерархической пирамидальной структуры с жаждущими власти особями на вершине. Демократию нужно всё время поддерживать политической активностью граждан, что означает _сознательность_, потому что бессознательной программой является как раз признать над собой чью-то власть (или захватить её самостоятельно, лично для себя).

Набросанная в эссе мозаика фактов, могущих иметь к социальному поведению человека, вовсе не претендует на обязательность; у неё простая цель - напомнить, что когда мы пытаемся понять человека, никогда не следует забывать о его биологии. А ещё лучше её знать.

В частности, помнить хотя бы следующее:
- Человек, как и все животные, имеет множество врождённых программ поведения. Мы родимся с некоторыми знаниями об окружающем мире и правилами поведения в нём, и в нужный момент они срабатывают.
- Эти программы создавались в далёкие времена и в совсем иной среде, мало похожей на ту, в которой мы теперь живём. Поэтому реализуемое ими поведение не всегда адекватно обстановке, рационально или даже желательно. Не всё, что естественно - хорошо.
- В силу изначальной запрограммированности, люди не абсолютно свободны в своём поведении, один сценарий его они осуществляют легко, другой - с трудностями, а некоторые сценарии могу быть вообще невыполнимы. Не все придуманные разумом сценарии для нас осуществимы.
- Для большинства ситуаций мы имеем достаточный набор альтернативных программ, на основе которых можно построить несколько вариантов поведения. Все мы изначально "знаем", как воровать, и знаем, что это плохо; будем ли мы ворами или честными, зависит от нас, а не от нашей природы.
- Наш мозг так устроен, что его отвечающая за сознание часть не только не может ознакомиться с содержанием врождённых программ, но даже не знает об их существовании. Поэтому когда программа начинает реализовываться, сознание её обслуживает, не замечая этого. Оно ищет и находит какие-то свои объяснения поведения и его мотивов, совсем не обязательно верные. Нельзя доверяться собственной рефлекции, то есть самоанализу на основе субъективных ощущений и идей, и менталитету - бытующему представлению о происходящем, потому что они дают иногда путаную, тенденциозную и алогичную картину.

@музыка: Аукцыон - Глаза (Дом на колёсах)

@темы: читаю, Виктор Рафаэльевич Дольник

03:28 

Николай Александрович Бердяев - Русская идея

Я — структурный беспорядок.
аннотация

Я очень скептически относилась к этой книге, когда только приступила к чтению, но под конец обнаружила, что отношусь к автору с огромным уважением и принимаю его размышления, как имеющие под собой реальную основу.
Передо мной лежит дюжина листов, каждый из которых исписан с двух сторон цитатами из книги. Я выписывала каждое утверждение, в котором давалась хоть какая-то характеристика русским людям, русской мысли, русской идее и прочим русским вещам. И сейчас я буду итожить (. Но до этого сделаю несколько важных предупреждений:

Аннотация, как обычно, написана человеком, который то ли не читал, то ли не понял, то ли приукрасить хотел. "Таинственную субстанцию русской души", надо же. На самом деле "Русская идея" - это описание именно _идей_, которые продвигались русскими мыслителями.

Николай Александрович хронологически исследовал убеждения русских авторов и находил общие черты: например, выбранную тему повествования (несмотря на то, что доказывалась она принципиально разными способами).
Это означает, что в первую очередь Бердяев говорит не о "русскости" вообще, а, скорее, об отличительных чертах нашей интеллигенции, в её позднем понимании (не как социального класса, а как типа личности).
Я считаю, что так как задача интеллигенции (элиты) - вести за собой народ и способствовать прогрессу, то мнения этого типа людей можно считать "концентратом" всей русской мысли (который позже уходит в общественные массы и как-то прививается там).

Имеются в виду не реальные исторические ситуации, а _идеи_, близкие русским людям, то, во что им хотелось бы верить, и то, во что они уже верят (даже если в действительности всё не так).

"Русские идеи" не означает "только русские". Схожие мысли могут быть у любого из иностранных авторов, но описанные идеи Бердяев счёл _преобладающими_ в русской мысли (и не_преобладающими в нерусской).

Большое уважение вызывает, что автор почти не исследует современников. Вернее, описывает их, но признаёт (или мне показалось?), что в силу вовлечённости в процесс он не может судить объективно.

Субъективность автора нужно учитывать, даже когда он говорит не о своих современниках.
Вообще, книга доставляет большое количество удовольствия именно благодаря субъективной подаче. Считается, что это недопустимо. Что автор в своей работе не должен говорить "я" (только "мы";). Или что нельзя выносить категоричных суждений (вдруг кто-то из слушателей обидится). Мне это не очень нравится. Я допускаю такой дипломатический момент, когда ты выступаешь перед аудиторией и тебя слушают живые, конкретные люди,, но когда ты обращаешься к воображаемой аудитории (хотя она и состоит из конкретных читателей), можно позволить себе личный тон. Я так думаю (.
Так вот, личный тон автора - это непередаваемо приятно. Мало того, что Николай Александрович везде говорит "я", он ещё и воспоминания свои рассказывает, некоторые книги называет "интересными", а о некоторых сообщает, что "читать невозможно" или что несмотря на правильный ход мыслей, философия анализируемого автора очень слаба и нежизнеспособна. Или вот (вообще шикарно): Книга П. Флоренского ("Столп и утверждение истины";) по своей музыке производит впечатление падающих осенних листьев. В ней разлита меланхолия осени".

Нужно уметь абстрагироваться от собственного мнения и посмотреть на себя с точки зрения исследователя. Потому что это тот случай, когда исследователь (читатель) одновременно является исследуемым.

А теперь, когда я вас предупредила, вот: действительная характеристика русских людей. Наслаждайтесь (=

Русские склонны к оргиям с хороводами


Рэнд, кстати, абсолютно русская со своими категоричностью, утверждением свободы, бунтом против государства и прочими тоталитарными идеями.

Русскую идею куда короче (ой как не полностью) и намного раньше выразил Nari (по Бердяеву, совершенно не русский).

@музыка: Зимовье зверей - Беспределица

@темы: читаю, Николай Александрович Бердяев

16:11 

А. С. Панарин - Народ без элиты: между отчаянием и надеждой (2001)

Я — структурный беспорядок.
Десять лет, которые потрясли страну, — это новый феномен не только национальной, но и мировой истории. Название этому феномену — глобализация. Обычно под этим понимается новый мир с прозрачными как никогда границами, небывало взаимосвязанный, помещенный в единое экономическое, политико-правовое и информационное пространство.

Но при ближайшем рассмотрении обнаруживается, что, когда говорят о глобальном мире, на самом деле имеют в виду не мир народов, а мир элит, неожиданно вышедших из-под системы национального контроля и принимающих решения за спиной местного населения. Мы никогда не разберемся ни в причинах крушения СССР, ни в механизмах приватизации, если не поймем, что главной характеристикой новой политической, экономической и интеллектуальной элиты, захватившей позиции в августе 1991 года, является то, что эта элита мыслит и действует не как национальная, а как глобальная, связавшая свои интересы и судьбу не с собственным народом, а с престижной международной средой, куда она в обход этого народа стремится попасть.


Четвертому миру, оставленному продажными "мудрецами" и корыстолюбивыми "стражниками", нужна новая элита — та, что не продается. Ибо наряду с экономической мотивацией были и будут более высокие, способные дать то вдохновение и воодушевление, которые для экономического человека в принципе недостижимы. Сегодня нас хотят убедить в том, что вся мировая духовная традиция, представленная великими религиями и выросшими из них великими литературами, ошибалась по части приоритетов, и только новое чикагское учение не ошибается.

Но тех, кто не порвал своих связей с великими традициями, переубедить нельзя. Они знают, что по самой своей сути человек не экономическое, а религиозное животное и только поэтому ему дано подняться над животным уровнем. Настоящая элита — страж и пестователь этого духовного начала, и ей дано открыть человечеству такие перспективы, которые в иных измерениях остаются закрытыми.

Россия, ставшая эпицентром разрушительной работы глобалистов, не может выжить, не открыв этих новых перспектив. Новый интернационал четвертого мира, который она по всей вероятности возглавит завтра, будет воплощением альтернативного глобализма демократических низов. В качестве второго мира, меряющегося с первым по критериям силы и успеха, Россия потерпела поражение и погибла. Возродиться она способна только как четвертый мир, отвергающий ложные критерии и прерогативы первого. Дать этому миру истинное вдохновение — задача постэкономической элиты, обращающейся к народам через голову глобального либерального истеблишмента.


Очень маленькая статья, прочитайте, она доставит вам удовольствие вне зависимости от ваших убеждений. На ту же тему, что и баумановские последствия глобализации, но написана интереснее.
Помогает организовать мысли, так что я потом на неё ещё и опираться чуть-чуть буду, хотя выводы, возможно, будут несколько неожиданные для многих людей.

@музыка: Ария - Замкнутый круг

@темы: читаю, Александр Сергеевич Панарин

17:30 

Фред Адамс, Грег Лафлин - Пять возрастов вселенной: В глубинах физики вечности

Я — структурный беспорядок.
аннотация

Так как с течением времени процессы замедляются, и для пришествия следующей эпохи требуется больше времени, чем для предыдущей, для удобства возраст вселенной даётся в логарифмическом масштабе.
Замечательные авторы дали мне число песчинок на пляже и звёзд на небе (для любителей представлять при их помощи большие числа - и для наглядного представления, что мы будем в книге говорить о настолько больших числах, что песчинок однозначно не хватит). Мимоходом рассказали кусочки биографий физиков. Заставили меня задуматься о сохранении жизни после конца света - и речь не о нашей планете (подумаешь, гибель Земли), а чуть глобальней (, Увлекательно рассказывали мне множество замечательных перспектив:

Двигаясь с такой скоростью, через несколько лет Земля пересечёт орбиту Плутона и покинет Солнечную систему. По мере того как Солнце будет уменьшаться в небе, температура поверхности планеты будет медленно, но неуклонно снижаться. Джунгли, прилегающие к Амазонке, покроются инеем, а тропические растения замёрзнут в опускающихся на Землю финальных сумерках. Через год Солне будет выглядеть подобно сияющей звездообразной точке, на вид совершенно неспособной согревать. Океаны мало-помалу растратят свои запасы тепла и постепенно превратятся в ледяные глыбы. Температура поверхности будет неумолимо падать. Очень скоро вся планета погрузится в вечный глубокий холод, несравнимый даже с антарктической зимой. При 77 градусах Кельвина сконденсируется и в виде дождя выпадет на твёрдую заснеженную поверхность азот, из которого, главным образом, состоит атмосфера. Жидкий азот будет стекать вдоль речных русел, собираться на замёрзших водоёмах и, в конечном итоге, ляжет на застывшую поверхность океанов слоем толщиной в несколько футов. Атмосферный кислород тоже выпадет из застывшего неба, открыв взору холодных мёртвых городов далёкие звёзды.
Однако в самых недрах Земли эти изменения будут практически незаметны...

Замечательные авторы рассказали мне утопическую вероятность, что достаточно развитая цивилизация может плюнуть на инстинктивные желания продолжения рода и заняться чем-нибудь другим (,
Они разобрали утверждение о том, что "если шесть обезьян усадить за пишущие машинки и позволить им на протяжении миллионов лет печатать то, что вздумается, то со временем они напишут все книги, которые имеются в Британском музее".

В общем, я получила удовольствие, выходящее за рамки основного повестования об эволюции вселенной.
И напоследок:

Если бы существовала возможность передать в другую вселенную всего одну концепцию, представляющую интеллектуальные достижения нашей культуры, то самым стоящим посланием был бы научный метод.

@музыка: Tequilajazzz - Стратосфера

@темы: читаю, цитаты, Фред Адамс, Грег Лафлин

07:46 

Айн Рэнд - Апология капитализма

Я — структурный беспорядок.
аннотация

Апология капитализма - очень громкое название для этой книги. Я не увидела ничего, способного оправдать капитализм.
До того, как я скажу, что же я думаю о позиции Рэнд (кроме того, что её просто в детстве напугали картинами нормального послереволюционного развала), хотелось бы определить свою позицию, о которой я редко говорю.
В моём детстве было как-то принято не любить СССР и всё с ним связанное, так что мне бы и в голову не пришло сказать, что я социалист или, тем более, коммунист. Всю свою жизнь [в детстве] я была уверена, что я капиталист. Думаю, если бы настроения моего детства были другими, и мне было бы приятней считать себя коллективистом (Маик, кстати, утверждал, что мои предложения один в один совпадают с рядом положений программы КПРФ), мои убеждения остались бы прежними. Значит, ярлык в моём случае мало что меняет.
И, так как этот ярлык ничего не меняет, я, пожалуй, продолжу на официальном уровне утверждать, что я капиталист, - для тех, кому нужно, чтобы на мне обязательно был какой-то ярлык, - примерно с той же степенью серьёзности, с которой говорю, что я зануда.

В "Апологии капитализма" я ожидала увидеть чёткую продуманную позицию, но увидела только субъективные рассуждения автора, без доказательной базы (будь то экономические выкладки или социологические исследования). Больше всего раздражало то, что автор - тот ещё демагог, который в качестве аргумента использует красивые фразы, цветастые выражения и утверждения, с которыми нельзя не согласиться (хотя они не имеют никакого отношения к выводу, к которому она их подводит). Помните, я постила вам маленький кусочек про власть консенсуса? Внятный опрос я устроить не смогла, но этот кусочек зацепил даже меня. Ключики к душе находятся для каждого, и все эти ключики не имеют отношения к экономике. Ни-ка-ко-го.

Если Рэнд действительно верит в то, о чём пишет, - а я верю, что верит, - то она идеалист, оперирующий идеальными категориями для своего идеального мирка. Она говорит, что "всем разумным людям понятно", - и, видимо, отказывается признавать разумными всех, кто имеет другую точку зрения. "Никто не должен указывать человеку, от чего ему испытывать счастье, а от чего нет, - а именно это и делают этатисты (фашисты или коммунисты)" - говорит Рэнд, но почему-то указывает альтруистам, что они счастья испытывать не могут, потому что альтруизм не совместим со стремлением к личному счастью. То, что предлагает Рэнд, возможно, только если заменить людей на исполнительные машинки, которые будут действовать именно так, как задумано, и не отклоняться от заданной программы.

Её рассуждения о государстве, армии, экономике и - как верх всего - об искусстве можно читать, как юмористические зарисовки. Это была бы хорошая шутка: Толстой проповедовал смирение и пассивное подчинение обществу. В «Анне Карениной», самой вредной книге всей серьезной литературы, он нападал на стремление к счастью и требовал, чтобы его приносили в жертву конформизму.
Ещё она постоянно приводит в качестве _доказательства_ слова своих литературных персонажей.

Мне следовало учесть, что автор - литератор, в лучшем случае - философствующий литератор, но уж никак не экономист-философ. Задумайся бы я об этом заранее, и читать бы, пожалуй, не стала - точка зрения автора ничем не отличается от моих обычных эгоистичных собеседников, слово в слово. Что ж, я тоже не экономист, поэтому могу разговаривать с Рэнд на равных. И, если вкратце представить результат моего с ней диалога:

Вы демагог, Рэнд. Вы привлекаете людей на свою сторону, воздействуя на их эмоции, хотя утверждаете, что обращаетесь к разуму. Вы, конечно, можете утверждать, что моя неспособность убеждать людей не даёт мне права упрекать вас в этой способности и заставлять отказаться от неё; но способность убедить не означает правоту. Хорошо использовать способность во благо, когда вы привлекаете людей к действительно разумной вещи, - как, например, художественная литература, популяризирующая физику, - но не когда вы хотите сделать других людей эгоистами, чтобы оправдать собственный эгоизм и неспособность принести пользу людям.

Могу и весь диалог попробовать пересказать (,

@музыка: Nirvana - Polly

@темы: читаю, Айн Рэнд

16:01 

А. Р. Лурия - Границы поведения животных и психологическая деятельность человека

Я — структурный беспорядок.
Материал сегодняшней беседы я рассматриваю как чрезвычайно важный. Он должен послужить введением к целому большому циклу занятий, которому практически будет посвящен весь оставший курс психологии. Вопрос, который я хочу осветить сегодня, заключается в объяснении того, в чем состоят особенности человеческого сознания и чем строение психологической деятельности человека отличается от структуры поведения животных. Для того, чтобы подойти к этой теме, резюмируем сначала в самых кратких форматах то, что мы знаем о поведении животного и попробуем, исходя из этого, ответить на вопросы о том, каковы границы, за которые не может перешагнуть даже самая высокоразвитая форма поведения животных.

Nuff said (,
Очень коротко, это всего лишь небольшая лекция, зато понятно и ёмко.

Можно найти определения, почему я не обязана иметь детей или почему разрешение однополых браков не означает разрешения браков с животными.
У кого что болит (, Надоедает отвечать одними и теми же фразами на одни и те же фразы.

@музыка: Монгол Шуудан - Что ждёт теперь других

@темы: читаю, Александр Романович Лурия

11:31 

Я — структурный беспорядок.
29.01.2013 в 09:38
Пишет Итицкая сила!:

Рич Сноудон «Работа с насильниками, совершающими инцест: оправдания, оправдания...
Кто насилует собственных детей? Что это за мужчины? «Извращенцы… Психи… Неадекватные мужчины… Психопаты… Монстры». Это сказал один мужчина на улице, и до недавнего времени я бы сказал то же самое, до того, как я вызвался вести психотерапевтическую группу для таких мужчин. Я был готов к встрече с монстрами: с этим бы я справился. Но я был совершенно не подготовлен к тому, кем они оказались на самом деле.

Когда я впервые вошел в комнату для психотерапии, я не мог даже открыть рот, чтобы поздороваться. Я занял свое место в их круге и сел. Когда они начали говорить, то я невольно был поражен тем, что они все были обычными парнями, обыкновенными работающими мужчинами, ничем не примечательными гражданами. Они напоминали мне тех мужчин, среди которых я вырос. У Боба была такая же манера шутить, как и у моего капитана скаутов; Питер казался таким же сдержанным и авторитетным, как и мой священник; Джордж был банкиром, членом пресвитерианской церкви и отличался такой же щепетильной вежливостью, как и мой отец; и наконец, хуже всех был Дейв, к которому я потеплел с самого начала – неожиданно он напомнил мне меня самого.

Я смотрел по очереди на каждого из них, изучал руки, которые сотворили такое, рты, которые сотворили такое, и больше всего на свете тем вечером мне не хотелось, чтобы кто-нибудь из них ко мне прикоснулся. Я не хотел, чтобы мне что-то от них передалось, чтобы они сделали меня таким же, как они сами. Однако еще до конца того вечера, они коснулись меня своей честностью и своим отрицанием, своим сожалением и своими самооправданиями, короче, своей обычностью.

В течение того года, когда я вел эту группу и проводил интервью с заключенными насильниками, я внимательно слушал, как мужчина за мужчиной пытался объяснить, защититься или простить себя. То, что они говорили, казалось мне возмутительным и в тоже время тошнотворным и жалким. Однако все это было до боли знакомо.
Каждый вечер понедельника я сидел с этой группой, пытаясь понять, как выполнить эту работу и как что-то изменить, и меня продолжали преследовать трудные вопросы о том, что значит быть мужчиной. И вместе с этими вопросами приходила тоска, с которой я ничего не мог поделать.

Я считал себя «хорошим парнем», который «никогда бы не сделал ничего подобного». Я хотел, чтобы эти мужчины как можно сильнее отличались от меня. В то же самое время, когда я слышал, как они рассказывают о своем детстве и раннем подростковом возрасте, мне было все труднее и труднее отрицать, что у меня с ними много общего. Мы росли, выучив одни и те же вещи о том, что значит быть мужчинами. Мы только практиковали их по-разному и в разной степени. Мы не просили учить нас этим вещам и никогда не хотели этого. Часто их навязывали нам, и зачастую мы, как могли, сопротивлялись этому. Однако обычно этого было недостаточно, и так или иначе, эти уроки маскулинности остались в нас.

читать дальше

URL записи

@темы: читаю, теория и практика коммуникации, Рич Сноудон

20:05 

Зигмунт Бауман - Глобализация. Последствия для человека и общества

Я — структурный беспорядок.
аннотация

«Глобализация» сегодня у всех на устах; модное словечко, быстро превращающееся в лозунг, в заклинание, в некий ключ, способный открыть дверь к любым существующим и будущим загадкам. Для кого-то «глобализация» — это то, что нам необходимо для счастья, для других — причина всех несчастий. Однако для всех глобализация — это неизбежная фатальность нашего мира, необратимый процесс; кроме того, процесс, в равной степени и равным образом затрагивающий каждого человека. Нас всех «глобализуют» — а быть «глобализуемым» означает в общем одно и то же для всех, кто подвергается этому воздействию.

Все модные словечки, как правило, ждет одна и та же судьба: чем больше их претензии прояснить что-либо, тем менее ясным становятся их смысл. Чем больше они вытесняют ортодоксальные истины, тем быстрее сами превращаются в непререкаемые каноны. Попытки понять явление с помощью гипотез исчезают из поля зрения; речь идет о «состоявшихся событиях» и качестве «внешнего мира» — именно их новое понятие, казалось бы, «объясняет», именно на их основании оно претендует на иммунитет от неудобных вопросов. «Глобализация» не является исключением.

Бауман размышляет о глокализации (о том, что в реальности глобализация, то есть _общий_ мир для всех, кто может быть мобильным, неотделим от локализации, усугубления различий и возведения границ для тех, кто не может позволить себе роскошь независимости от территории).

Мобильными могут позволить себе быть далеко не все, но при этом практически для всех, кого ни спроси, личными ценностями и стремлениями оказываются "свобода" в том числе как свобода передвижения, отсутствие привязанности к какому-либо месту.

Те, кто не может позволить себе покинуть "дом" (то есть территорию), чувствуют себя запертыми внутри,, но те, кто живёт переездами с места на место, чувствуют, будто заперты _снаружи_.

При этом нельзя быть действительно "неподвижным" в постоянно меняющемся мире: даже те, кто сам не может изменять свою жизнь и окружающие обстоятельства, не могут быть уверены, что обстоятельства не изменятся под влиянием других сил. Сама книга начинается с утверждения Данлэпа, которое ещё не так давно приходилось доказывать, а теперь звучит, как само собой разумеющееся: "Компания принадлежит не ее сотрудникам, поставщикам или местности, где она расположена, а тем, кто в нее инвестирует" - что означает, что ни сотрудники, ни поставщики, ни представители местного сообщества не имеют права влиять на решения, принимаемые теми, "кто инвестирует". Не зависящие от пространства инвесторы, которые могут находиться в любой точке пространства, могут просто решить, что им выгоднее перенести производство в другое место, - а с последствиями такого решения придётся разбираться "местным".

В итоге мир оказывается разделённым на "туристов" и "бродяг" - одни не хотят оставаться на месте, другие не могут, потому что их всё время вынуждают к движению. Причём мир без бродяг - это утопия, о которой грезят туристы,, и они же (туристы) не могут без бродяг, потому что именно бродяги дают им возможность почувствовать удовольствием от своего туризма, почувствовать свою успешность.

Обитатели первого мира живут во времени, пространство для них ничего не значит, ведь любое расстояние они способны преодолеть за секунду. Именно этот опыт Жан Бодрияр выразил в образе «гиперреальности», где виртуальное уже неотделимо от реального, поскольку и то, и другое в равной степени обладает или не обладает «объективностью», «экстравертностью» и «карающей силой», которые Эмиль Дюркгейм определил как признаки любой реальности. Обитатели второго мира, напротив, живут в пространстве, тяжелом, вязком, неприкасаемом, которое связывает время и не допускает людей к контролю над ним. Их время пустынно, в их времени «никогда ничего не происходит». Лишь виртуальное, телевизионное время структурировано, у него есть «график», а остальное время течет монотонно, оно приходит и уходит, ничего не требуя и, похоже, не оставляя следа. Его «осадок» появляется внезапно, незамеченный и неожидаемый. Нематериальное и легковесное, эфемерное, лишенное всего, что могло бы наполнить его смыслом и тем самым придать силу тяжести, время не властно над абсолютно реальным пространством, в котором заперты обитатели второго мира.

Для жителей первого мира — все более космополитичного, экстратерриториального мира глобальных бизнесменов, менеджеров культуры, ученых — государственные границы открыты, подобно тому, как не существует их для товаров, капитала и финансов. Для обитателя второго мира стены иммиграционного контроля, законов о праве на жительство, политики «чистых улиц» и «нулевой терпимости» становятся все выше; рвы, отделяющие их от вожделенных мест и лелеемого в мечтах избавления — все глубже, а мосты, при первой же попытке их пересечь, оказываются подъемными. Первые путешествуют, куда пожелают, получают от путешествия немалое удовольствие (особенно, если летают первым классом или частными самолетами), их уговорами и посулами побуждают к путешествиям, а когда они трогаются в путь, встречают улыбками и распростертыми объятиями. Вторые путешествуют тайком, зачастую нелегально; иногда им приходится выкладывать больше денег за место в переполненном четвертом классе вонючего видавшего виды судна, чем первым — за позолоту и роскошь бизнес-класса, и при этом их встречают хмурыми взглядами, а если не повезет, то и вовсе арестовывают по прибытии на место, а затем депортируют обратно.

Разделение на тех, кто может, и тех, кто не может, - это различие не только в возможностях, но и пространственное. Почти в каждом городе есть "успешные" и "неуспешные" районы, в каждой стране есть "успешные" и "неуспешные" города, наконец, есть "успешные" и "неуспешные" страны. Те, кто добился успеха, стараются покинуть "плохое" место. Те, кто его не добился, никуда не деваются. Не в последнюю очередь потому, что те, кто переехал, стараются оградить своё пространство, сделать его неуютным для чужаков при помощи заборов, камер слежения и прочих дискомфортящих вещей. Детерриторизация власти, таким образом, идет рука об руку с еще более жесткой структуризацией территории. Разумеется, это порождает и обратный процесс: те, кого заперли в конкретных районах, стараются подчеркнуть свою идентичность и тоже не любят чужих.

Процесс глокализации - это основное, о чём говорит Бауман. В лице туристов и бродяг мы получаем два совершенно разных мира, живущих по разным законам, имеющих разный жизненный опыт и не имеющих никакой возможности обменяться этим опытом или вообще построить диалог.

В современных городах установился «апартеид по районам»: те, кто может себе это позволить, покидают грязные и убогие кварталы, к которым «прикованы» другие — те, кому переезд не по средствам. В Вашингтоне этот процесс уже завершился, в Чикаго, Кливленде и Балтиморе — близок к завершению. На Вашингтонском рынке жилья дискриминации нет. И все же в городе существует невидимая граница, проходящая по 1б-й улице на западе и вдоль реки Потомак на северо-западе, которую оставленным за нею лучше не пересекать. Подростки, оставшиеся за этой невидимой, но абсолютно реальной границей, ни разу в жизни не видели центр Вашингтона со всем его блеском, кичливой элегантностью и утонченными развлечениями. Этого центра в их жизни просто не существует. Люди, живущие по обе стороны границы, не общаются друг с другом. Их жизненный опыт так резко различается, что просто непонятно, о чем они могут говорить, случись им встретиться и остановиться поболтать. Как заметил Людвиг Витгенштейн: «Если бы львы умели говорить, мы бы их не поняли».

Он ещё о много чём говорит: об исчезновении общественных мест и заменой их на частные клубы, о стирании личного и заменой его на удобные ярлыки, к которым и применяется суждение, об отюремливании заключённых (процессе, который можно наблюдать не только в пределах тюрьмы), о том, что глобализация - это не то, что мы делаем, но то, что с нами происходит (то есть не организация нового порядка, а вынужденные условия жизни), о возникновении мини-государств, которые могут теперь назваться государствами, хотя не могут обеспечить себе независимости в должной мере... но в целом, я думаю, содержание книги уже понятно, чтобы сделать для себя какие-то выводы (.

@музыка: Зимовье зверей - Плюс-минус блюз

@темы: читаю, Зигмунт Бауман

16:50 

Славой Жижек - О насилии

Я — структурный беспорядок.
аннотация

Жижек проходит от субъективного насилия к системному, от системного переходит к природе насилия вообще, причинам его возникновения и заканчивает "божественным" насилием, которое не содержит в себе никакого дополнительного смысла.
Субъективное насилие - это понятно. Это действия, выходящие за рамки общепринятого закона. Самым очевидным примером Жижек берёт терроризм, попутно объясняя, что такое насилие, как правило, является _реакцией_ на системное.
Системное насилие - это и есть закон. Это та самая система гласных или негласных общественных норм и правил, которым все вынуждены подчиняться. Формально у нас есть свобода выбора, но только в том случае, если мы сделаем "правильный" выбор.

Всё это предваряется (и заканчивается) лирическим отступлением, что современного человека все призывают к действию, к активности: НЕТ ВРЕМЕНИ ОБЪЯСНЯТЬ, ДЕЙСТВУЙ - а Жижек утверждает, что иногда единственное настоящее действие, - это остановиться и подумать, что же, всё-таки, тебе предлагают.

Что прекрасно в Жижеке - он не преподносит свои убеждения в виде какой-то истины, а последовательно разбирает всё, что только попадётся под его взгляд: ненависть и любовь, подавление и отторжение. Отдельное удовольствие доставляет его чувство юмора. И множество рецензий на фильмы - он постоянно пишет рецензии на фильмы и иногда ссылается на них.

Этого автора читает каждый из моих преподавателей. Философия для меня - осмысление и переосмысление жизненных реалий (поэтому я и считаю допустимым находить параллели в самых неожиданных местах: в тех же фильмах, например), поэтому я не боюсь, что в споре мы будем ссылаться на одного и того же автора [насколько на него возможно ссылаться]: напротив, это убедит меня в том, что разногласия нужно искать где-то глубже внешних ярлыков.

@музыка: Зимовье зверей - Летайте самолётами

@темы: читаю, Славой Жижек

16:53 

Фрэнк Патрик Герберт - Хроники Дюны

Я — структурный беспорядок.
Эта фантастическая гексалогия охватывает период в 5000 лет и является одной из самых масштабных эпопей в истории мировой фантастики.

1. Дюна
2. Мессия Дюны
3. Дети Дюны
4. Бог-Император Дюны
5. Еретики Дюны
6. Капитул Дюны

Википедия говорит, что на этих шести "Хроники Дюны" обрываются, а Либрусек признаёт существование Охотников Дюны и Песчаных червей Дюны. А Википедия говорит, что это было написано сыном Фрэнка (Брайаном Гербертом) в соавторстве с Кевином Андерсеном, по сохранившимся черновикам. И так как они ещё много чего про Дюну написали, а у меня совершенно нет времени это читать, то я сделаю перерыв в хрониках Дюны и почитаю что-нибудь другое.

Тёплая ностальгия по детству: бумажные хроники Дюны и Dune на игровой приставке (а ещё фильм есть - но вот он как-то стороной меня в детстве обошёл). Пока я на этой волне, я посмотрю фильм, и сериал посмотрю, и буду пить только меланж (не могу теперь смотреть на кофе-меню нормально), и буду задумываться о том, каким именно образом, по мнению Герберта, человечество пришло именно к той системе, в которой оно оказалось на начало первой книги. Он, конечно, упоминает Бутлерианский джихад (и он, конечно, писал в то время, когда его ещё можно было представить), но я хочу знать подробности (.

Если говорить о самих книгах, то они действительно с ужасным переводом (плюс распознаватель текста). Я постоянно спотыкалась на: "Так это и есть их Тлейлакса страшное оружие", "Вы теряете наше время", "Подождём, пока она окажет удовольствие к нам присоединиться", "Суть, вот до чего докопаться стремилось её любопытство" - и прочие речевые ошибки и выверты.

Каждая книга описывает _отдельный_ исторический период. То есть тут не идёт речи об одном главном герое, это именно хроники. Противостояние Великих Домов Харконненов и Атридесов - Заговор против Императора - Сомнения Квизатза - Правление Бога-Императора - Выросшая на Дюне ересь против Бога-Императора (и не только) - и, наконец, правящие умы Дюны, которые задумали какой-то новый виток истории (который, как всегда, претерпел некоторые корректировки).

Первая книга хороша тем, что эпиграфы к каждой главе являются кусочком сохранившихся в истории воспоминаний о произошедшем в этой главе. То есть постоянное напоминание о том, что описываемые события _уже случились_, причём довольно давно. Отдельное удовольствие видеть расхождения между исторической точкой зрения и действительными событиями. Вторая книга старается сохранять тот же статус эпиграфов, но получается уже хуже. В остальных книгах эпиграфы уже не являются пересказом главы.

Перед Детьми Дюны неожиданно оказалось предисловие к началу (, в котором автор рассказывал, зачем он вообще всё это решил писать. И это тоже интересно.

Дети Дюны начинают читаться нудновато, но потом становится хорошо. Бог-Император - лучшая книга из хроник. Еретики тоже сначала нудятина (куда хуже Детей), а Капитул наборот, вначале бодренько, а потом внимание удерживать трудно.

Такое впечатление, что основная мысль, вдохновляющая автора, - это интриги внутри интриги внутри интриги. А потом ящики внутри ящиков внутри ящиков, или стены перед стенами перед стенами, или привыкание и привыкание и привыкание, или о чём он там ещё говорил. Мысль интересная, но такое количество повторений мысли как-то отбивает интерес (ну хоть не как Фрай).

Но главное не это. Мир замечательный. Мне, в общем-то, нравится.
Обидно, что Фрэнк Герберт не дописал: ведь сам процесс истории на уже описанном не заканчивается, и продолжать его можно, в принципе, в обе стороны. Может, я и найду потом время почитать, что получилось у Брайана Герберта с Кевином Андерсеном.

@музыка: Iron maden - Out of the Silent Planet

@темы: читаю, Фрэнк Патрик Герберт

06:44 

Корешкова Л. Д. - Что и как читают подростки

Я — структурный беспорядок.
Это просто исследование подросткового чтения. В конце, конечно, даются рекомендации, но если вам это в жизни не нужно, то можно и не читать (хотя там перечисляются любимые книги детей. Ну, вдруг у кого-то есть дети, которым можно порекомендовать книги. Если это сработает, конечно).
Надо будет другие какие-нибудь статьи Корешковой почитать, это может быть любопытный библиотекарь.

Считается, что досуг подростка заполняется дискотеками, компьютерными играми, телевидением или пустым «времяпровождением». Исследование говорит, что это не так, причём результаты у них по мальчикам/девочкам совсем другие:

Читают книги — 55% / 64%
Проводят время с друзьями — 48% / 41%
Слушают музыку — 33% / 31%
Смотрят телевизор — 26% / 17%
Ходят в кино — 5% / 5,5%
Играют в компьютерные игры — 5% / 2%

Это можно объяснить и тем, что в районных центрах подросткам не всегда удается посмотреть новые фильмы, у городских ребят в этом плане больше возможностей. Компьютерные игры увлекают 5% мальчиков и 2% девочек, - в какой то мере это связано с тем, что многие сельские ребята не имеют дома компьютера. В некоторых анкетах так и указано: «У меня нет компьютера».
[Даже те, у кого есть комьютер, всё равно любят читать.]

Весело, что читатель – подросток в ходе исследования предстает как фигура достаточно противоречивая. С одной стороны, он заявляет, что самые интересные книги – это «фэнтези» и «ужастики», с другой - неоспоримое первенство отдает А. С. Пушкину. Не думаю, что это связано, но мне встречались очень многие с позицией "не читал, но считаю гениальным" - обычно из каких-то патриотических настроений или потому, что так считает тот, чьё мнение авторитетно.

Некоторое неудовольствие почувствовала от упоминания того, что педагоги и психологи утверждают, что если ребенок не читает, то возникают препятствия к становлению и развитию личности. Появляется риск пополнения общества ограниченными людьми, с пониженными возможностями к социальной адаптации, с неразвитыми творческими способностями. Вот почему проблема чтения детей и подростков заслуживает возведения ее в ранг задач государственной важности. Я считаю, что это зависит ещё и от того, _что_ читать. А это значит, что можно и не читать, если есть что-то с такими же характеристиками. А можно зачитываться сомнительного культурного уровня журналами. А можно быть задротом и зачитываться чем-то, что никак не повышает социальные навыки.


А нечитающие подростки - это стереотип. Причём среди подростков он, кажется, тоже есть (,

@музыка: Барто - Берлин

@темы: читаю, Л. Д. Корешкова

17:45 

Старых Нина Владимировна - Неманипулятивная реклама: миф или реальность?

Я — структурный беспорядок.
Старых предлагает деление в разновидностях манипулятивной рекламы:
- преувеличение выгод товара;
- модели убеждения в выгодах (модель убеждения, основанная на рациональной аргументации; модели мотивации (задействование бессознательного, как, например, мотивы секса в рекламе)
- и игровые модели (как _правильно_ должен поступать человек в некоей ситуации).


Я в своей курсовой неэтичные приёмы делю на три другие условные группы.
Её деление кажется мне любопытным. Но она говорит о манипулятивной рекламе, а я не только о манипулятивной, но и о потенциально опасной для общества (и для рекламного рынка).

В целом статья небезынтересная, как, в принципе, всё, что написано любым умным человеком. То есть если вам не надо, можете и не читать, это вы выбираете сами.

Основная мысль, как я её для себя нашла, такая, что действительно крупные бренды давно уже перешли на социетальный маркетинг (и социально ответственную рекламу), а проблемной зоной являются мелкие рекламные агентства, которых много. И вот тут я с ней согласна полностью, так как разруха не в клозетах, а в головах. С нашей рекламой всё не так уж плохо, как принято думать. Но вот только от того, что принято так думать мы получаем как негативное отношение со стороны выходцев из 90-ых (негативное отношение к рекламе, по мнению Старых, - и я с ней опять-таки согласна - берёт начало именно в 90-х, когда на рынке рекламных услуг (и в других сферах деятельности) царило неконтролируемое безумство), а также халатное отношение от нынешних работников рекламы, многие из которых не имеют ни действительного сколько-нибудь серьёзного опыта, ни профессионального образования, ни желания (да и причин) строить долгосрочные коммуникации и заботиться о будущем (они куда больше озабочены получением настоящей прибыли, чем будущей).

@музыка: Nirvana - Oh, me

@темы: Нина Владимировна Старых, для, читаю

14:45 

Sean Crist - Rusty is a homosexual

Я — структурный беспорядок.
In the park, McKim met a man. "Hello, little boy," said the man. "How would you like some ice cream?"
McKim knew exactly what the man was after. Maybe this was his big chance! "Have you a fireman uniform?" asked McKim.
"No, I'm afraid I haven't," said the man.
"Oh," said McKim, disappointed. Then he kicked the man in the balls to show him what he thought of child molesters.



читать дальше

@музыка: Ундервуд - Новые бременские музыканты

@темы: читаю, Шин Крист

17:15 

Шин Крист - Сказка про Ростика

Я — структурный беспорядок.
В парке Ростик встретил мужчину.
- Привет, малыш! - сказал этот мужчина. - Хочешь мороженного?
Ростик прекрасно понял, что нужно было этому человеку. А может, попробовать?
- А у тебя есть пожарная униформа? - спросил Ростик.
- Нет, боюсь, что нет, - ответил мужчина.
- Плохо, - сказал разочарованно Ростик. Затем он ударил мужика по яйцам, чтобы показать своё отношение к педофилам.


неважно

@музыка: Геральдика - Чёрная-белая

@настроение: сегодняшний случай показал, что с самозащитой у меня всё не так уж и плохо. Правда, она всё равно довольно специфична и неадекватна. Но обычно я её наличие только теоретически могу доказать.

@темы: читаю, Шин Крист

09:28 

Его звали Пауль

Я — структурный беспорядок.
Я тут "Хроники Дюны" решила перечитать. И вот открываю я первую книгу и прямо физически чувствую, что что-то не то. Раньше точно было иначе. Как минимум к спайсу все привыкли (если вы читали, конечно). А тут нет спайса. Тут даже Пола Атридеса нет, и отца его Лито Атридеса тоже нет. Есть Пряность, Пауль Атрейдес и отец его Лето. И вообще впечатление от книги несколько другое складывается.
А в конце книги я нахожу прекрасное. Там довольно много текста [для поста в дневичке], но я читала, и я смеялась. Так что сохраняю себе на память и вам, если не поленитесь. Особенно весело становится абзаце на седьмом, так что можете читать с него.


заметки переводчика

@настроение: У него ещё и блог есть, так пусть тоже тут будет. Ну, просто так.

@темы: читаю, цитаты, русский язык и культура речи, Павел Александрович Вязников

07:36 

Макс Вебер - Наука как призвание и профессия

Я — структурный беспорядок.
Немецкое слово "Веruf" может быть переведено и как "профессия", и как "призвание". На основании анализа протестантизма Вебер пришел к выводу, что эта двузначность термина "Beruf" не случайна: она вырастает из понимания профессиональной деятельности как божественного призвания и приводит к весьма существенным для европейского общества и европейской культуры последствиям. Поэтому мы для перевода "Beruf" используем оба указанных значения данного слова. - Прим. перев.

аннотация

Запись небольшого доклада, прочитанная просто для удовольствия (приятно, когда чьё-то мнение сходится с собственным). В докладе говорится о схожести и различиях науки и искусства,, о том, какими качествами нужно обладать, чтобы заниматься наукой, и о прочих разных вещах.
Если вкратце пересказать основное содержание, то преподаватель - не вождь, и не может (не должен) навязывать студентам свою личную позицию и отвечать на вопрос, почему важен предмет, который он преподаёт. На этот вопрос каждый должен ответить сам, причём ответ _предшествует_ деятельности. Сама наука ответов на подобные вопросы не даёт.
Но это вкратце, а по пути, как обычно, высказываются ещё разные интересные суждения (.

@темы: Максимилиан Карл Эмиль Вебер, читаю

08:24 

Джордж Рэймонд Ричард Мартин - Повести о Дунке и Эгге

Я — структурный беспорядок.
аннотация

"Межевой рыцарь", "Присяжный рыцарь" и "Загадочный рыцарь". 89 лет до "Песни льда и пламени".
Нормальные рассказы. Любопытный сюжет.
Если не фанат мира, то можно и не читать, потому что основная радость, всё-таки, от вплетения этих историй в уже знакомую историю мира. Впрочем, и от прочтения вреда не будет, рассказы самодостаточные. Так, время потратить.

@музыка: Сплин - Бездыханная лёгкость

@темы: читаю, Джордж Рэймонд Ричард Мартин

17:07 

Славой Жижек - Ирак: история про чайник

Я — структурный беспорядок.
Пытаясь объяснить странную логику работы сновидений, Фрейд приводил известный анекдот о чайнике:
1) я никогда не брал твоего чайника;
2) я вернул его тебе целым и невредимым;
3) чайник уже был дырявым, когда я взял его у тебя.

Та же самая логика, как утверждает в своей новой [на 2004 год] книге Славой Жижек, лежит в основе оправдания войны в Ираке: сначала мистическая связь между Аль-Каидой и Саддамом была превращена в угрозу для всего Ближнего Востока, а затем, непонятным образом, стала угрозой для всех и каждого (а для США и Великобритании в особенности). Когда же оружие массового поражения обнаружить так и не удалось, та же странная логика всплыла опять: "Действительно, пусть мы ничего и не нашли, но ведь есть ещё масса других причин для свержения такого ужасного тирана как Саддам..."

Книга "Ирак: история про чайник" анализирует то, что подобная несостоятельная аргументация пытается скрыть, одновременно выдавая с головой: действительные политические и идеологические причины нападения на Ирак. В своём беспристрастном анализе "дурной социальной совести" Запада, Жижек не оставляет камня на камне ни от беспомощного пацифизма, ни от ханжеского сочувствия "страданиям иракского народа".


Сначала я хотела закидать вас цитатами, огромным количеством цитат, которые вызвали у меня бурю восхищения. Но когда я почти всё перепечатала, случилась фигня и ничего не сохранилось, конечно же (благодаря моей привычке печатать недолговечные записи в блокноте). Поэтому без цитат.
Есть мнение, что Жижек - "автор водянистой, аморфной публицистики, составленной из наспех склеенных друг с другом психоаналитических интерпретаций в духе Лакана и эффектных фраз, призванных сигнализировать читателю о его "левых" и "радикальных" убеждениях, едва ли заслуживает титула "крупнейшего мыслителя наших дней", как презентирует его "Художественный Журнал". Мнимые достоинства творчества Жижека, превозносимые его переводчиками и популяризаторами, сводятся к умению смонтировать серию остроумных номеров-аттракционов, в результате которой читатель закроет книгу в убеждении, что она содержит революционные новации, но не будет в состоянии ответить на вопрос, в чем именно они заключаются".

Жижек - философ. Насколько я помню, большинству людей не нравится читать философов. Отсюда и слова о "водянистой, аморфной публицистике". Людям сложно следить за скачками мысли философа и видеть связующую нить повествования. Мне - легко (= У людей при диалоге со мной те же проблемы, что и при чтении философов: легко предположить, что с философами у меня полный порядок (.
Жижек действительно сигнализирует об _обоснованности_ радикальных и левых убеждений, убедительно их доказывает и приводит аргументы.
В то же время сам Жижек не поддерживает революцию, называя её чистым насилием, и говорит скорее, о "правильном" законе, когда закон сам ограничивает свою вседозволенность. Не могу сказать, является ли это руководством к действию или всего лишь "идеальным" исходом ситуации.

Но на самом деле, даже если не пытаться найти там цельное произведение с _одной_ повествовательной нитью, можно получить огромное удовольствие от пассажей, например, про демократию, в которой соперники должны принимать общие правила игры, согласно которым выборы признаются легитимными вне зависимости от того, была ли подтасовка результатов.
И что будет, если на демократических выборах победит антидемократическая партия? По мнению Жижека (и он подкрепляет это мнение примерами), в этом случае демократические лидеры решат, что народ ещё "не готов" для демократии, и следует отменить результаты выборов и пожить немного в авторитарном государстве, старательно взращивая демократию в сердцах людей.
Или, например, как вам мысль, что демократия даёт мечту ([кажущуюся] возможность) смены существующей власти на другую, лучшую, народоизбранную, и именно эта _мечта_ не даёт осуществиться действительной смене власти (перевороту, революции), потому что все верят, что "немного упорного духа Рождества и всё наладится само" (ну ладно, ладно, не совсем само, но законным путём)?
Или, например, о том, что сейчас принято говорить о неосуществимости утопий (вследствие нашего исторического опыта, когда утопия не_свершилась), но не является ли сама мысль о невозможности утопического государства - утопией в определённом смысле?
Есть пища для размышлений не только о демократии, кстати (=

Плюс описания событий 2004 года или не далёких от него очень хорошо накладываются на современную реальность. Пророчить будущее - не слишком лёгкое занятие, найти в прошлом обоснование настоящего - куда проще, поэтому очень полезно, находясь в настоящем, пересмотреть прошлое глазами его современника. Особенно если оно не столь уж от нас и далеко, а то в современном мире мы слишком легко забываем события даже годичной давности.

@музыка: Чёрный Лукич - Последняя война

@настроение: а это я так

@темы: читаю, Славой Жижек

15:51 

Оливер Сакс - Человек, который принял жену за шляпу

Я — структурный беспорядок.
Это истории из врачебной практики, а врач не может очень уж подробно рассказать, что происходит в сознании пациента, если у него нет достаточной общей знаковой системы, чтобы обменяться этим. Поэтому те, кто ожидает, что здесь будут трудности пациентов от первого лица, будут несколько разочарованы.
Но мне, во-первых, симпатичен подход Сакса:

«В узко понятой истории болезни нет субъекта. Современные анамнезы упоминают о человеке лишь мельком, в служебной фразе (трисомик-альбинос, пол женский, 21 год), которая с тем же успехом может относиться и к крысе. Для того чтобы обратиться к человеку и поместить в центр внимания страдающее, напрягающее все силы человеческое существо, необходимо вывести историю болезни на более глубокий уровень, придав ей драматически-повествовательную форму. Только в этом случае на фоне природных процессов появится субъект - реальная личность в противоборстве с недугом; только так сможем мы увидеть индивидуальное и духовное во взаимосвязи с физическим».


Ну и в-главных, несмотря на то, что некоторые Саксовы пассажи про гармонию или божественные откровения мне несколько чужды, это не отменяет главного - нам описываются (по мере возможности) люди, живущие не так, как мы, но тем не менее определённо обладающие самосознанием, а значит, считающиеся людьми.

Иногда это просто понять, но трудно представить:

«У Кристины нет слов для описания этой утраты, этой сенсорной тьмы (или тишины), сходной с переживанием слепоты и глухоты. Нет слов и у нас, у всех окружающих, у общества - и в результате нет ни сочувствия, ни сострадания. Слепых мы, по крайней мере, жалеем: нам легко вообразить, каково им, и мы относимся к ним соответственно. Но когда Кристина с мучительным трудом забирается в автобус, её встречают равнодушие или агрессия. "Куда лезете, дама! - кричат ей. - Ослепли, что ли? Или спьяну?" Что она может сказать в ответ - что лишилась проприоцепции?..»


А иногда легко представить, но невозможно понять. Например, когда он описывает людей, считающихся умственно отсталыми, но с потрясающей способностью к вычислениям. Можно только догадываться, как они воспринимают мир.

Это не развлекательная книга, не художественная, но изложенное в ней доступно для понимания не специалиста, даёт пищу для размышлений и доставляет удовольствие.

@музыка: Пилот - Звери

@темы: читаю, Оливер Вулф Сакс

главная